Официальный сайт

Алексей Кудрин. Официальный сайт

Уверен в возможности успешной реализации сценария спокойной ненасильственной трансформации нашей политической системы и всего государства

Комитет
гражданских
инициатив

Главная » Новости - 23.01.2013

Интервью Алексея Кудрина журналу «Шпигель» (перевод с немецкого)

Alexei Kudrin - Der Spiegel

ШПИГЕЛЬ: Алексей Леонидович, вы назвали прошлый год годом, в политическом и экономическом отношении потерянным для России. Это звучит горько.

Кудрин: Экономические реформы застопорились. А политические реформы не принесли тех результатов, на которые я надеялся. Народ снова может избирать губернаторов посредством прямых выборов, однако есть слишком много препятствий для тех кандидатов, которые не угодны власти. Но я вижу и важную позитивную тенденцию: у нас появилось новое, активное гражданское общество.

ШПИГЕЛЬ: Разве эта тенденция не сменилась обратной? В демонстрациях против Путина принимают участие все меньше людей.

Кудрин: Нельзя определять гражданское общество только по количеству демонстрантов. И здесь аккуратнее: отставки Путина на первых крупных демонстрациях требовало только радикально настроенное меньшинство. Большинство людей вышли на улицы потому, что выборы в парламент были проведены нечестно. Но они признают, что Путин был избран большинством граждан. А если так, то почему это Путин должен уйти? Многие демонстранты не хотели в одночасье свергать правительство. Но эти люди хотят глубинных реформ.

ШПИГЕЛЬ: Что необходимо сделать в первую очередь?

Кудрин: России нужны свободные выборы. Но это подразумевает трудный и долгий процесс. Об этом я говорил еще в своей речи на крупной демонстрации в декабре 2011 года. Если просто повторить сфальсифицированные парламенсткие выборы, как требовали тогда, это мало что принесет, поскольку в целом они дадут похожий результат, так как еще не будет новых сильных партий. Нам нужно создавать эти новые партии и принимать законы, которые исключат подтасовки на выборах. Кандидаты должны иметь равный доступ к СМИ, нужно, чтобы прекратилось давление на предпринимателей, финансирующих оппозицию. Нельзя использовать госаппарат, чтобы поддержать определенную партию. До сих пор все это было настолько распространено, что у нас в России даже есть специальное понятие: административный ресурс. Россия должна отважиться на усиление демократии.

ШПИГЕЛЬ: Почему Путин не стал искать диалога с оппозицией и вместо этого инициировал принятие целого ряда репрессивных законов?

Кудрин: После очевидно сфальсифицированных выборов я пришел к нему и предложил диалог с оппозицией. Пришло время усилить политическую конкуренцию. Путин тогда такую идею не отверг, сказал, что вернется к этому разговору позднее. Но, по-видимому, потом он все взвесил и выбрал другой курс.

ШПИГЕЛЬ: С 1990-х годов вы входите в круг друзей Путина. Существуют предположения, что в случае отставки Медведева вы могли бы занять пост премьера. Кроме того, на протяжении 11 лет вы были министром финансов. Президент открыт для критики, исходящей от вас и от других людей?

Кудрин: Он очень хорошо умеет слушать. На заседаниях он сначала выслушивает все мнения, после чего принимает решение. Иногда он меня поддерживал, когда большинство было против меня, иногда — нет. Путин — в первую очередь прагматик.

ШПИГЕЛЬ: Насколько успешной оказалась ваша попытка посредничества между Путиным и оппозицией?

Кудрин: Я потерпел неудачу, но я рад, что попытался.

ШПИГЕЛЬ: Почему вы — специалист в области финансовой политики и бывший министр с имиджем чиновника — прошлой зимой пошли на вашу первую демонстрацию?

Кудрин: Потому что на улицы вдруг вышло много людей, которые мыслили так же, как я. Это были не только те четыре или пять тысяч, которых до этого удавалось мобилизовать Навальному или Немцову, а пятьдесят или семьдесят тысяч человек. Они хотели демократических реформ и новых лидеров, способных здраво оценивать ситуацию. Радикальные политики, которые хотят, чтобы все изменения происходили безотлагательно, заблуждаются. Они наивны и предъявляют нереалистичные требования. Нужно дать власти шанс измениться.

ШПИГЕЛЬ: В Кремле всегда говорят: если провести действительно свободные выборы, то к власти придут коммунисты и националисты.

Кудрин: Понятно, что в условиях демократии возможен и неутешительный исход выборов. Приход к власти экстремистов нужно осложнять при помощи законов. Но я не хочу, чтобы ограничивалась демократия и свобода выборов.

ШПИГЕЛЬ: Вы не согласны с тем, что националистические настроения доминируют в постсоветской России? Кудрин: Нет. Ксенофобия очень распространена, но здесь все сложнее. Существует позиция, которую я называю имперским синдромом. Немало россиян ставят свою страну выше других и считают соседей частью нашей зоны влияния.

ШПИГЕЛЬ: Нам представляется, что Кремль подогревает такой национализм — например, когда из-за недовольства американским законом, запрещающим въезд в США коррумпированным российским чиновникам, с большой пропагандистской шумихой делают невозможным усыновление российских детей-сирот американцами.

Кудрин: Я против постоянной антизападной риторики, даже если она предназначена «для домашнего пользования». Она идет во вред модернизации нашей экономики и, разумеется, не помогает превращать Москву в мировой финансовый центр. Для этого нужна открытость. Однако и среди россиян с хорошим образованием, знающих мир, многим претит, когда нам извне диктуют вещи, являющиеся нашим внутренним делом. Мы не хотим быть в зоне влияния Запада.

ШПИГЕЛЬ: В сентябре 2011 года тогдашнии президент Дмитрий Медведев «выставил» вас из кабмина, поскольку вы были против увеличения военных расходов. Однако теперь последние растут еще больше.

Кудрин: Медведев был раздосадован, что в тот день, когда ему пришлось объявить, что он не будет выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах, я сказал, что не хочу работать в новом правительстве под его началом. Вероятно, он почувствовал, что его выставили «хромой уткой». Еще в начале 2011 года я попросил у Владимира Путина об отставке. В том числе потому, что не хотел нести ответственность за такой военный бюджет. Путин тогда попросил меня доработать до конца срока полномочий его правительства.

ШПИГЕЛЬ: А что вы думаете о вице-премьере Дмитрии Рогозине и других политиках, которые видят в повышении военных расходов ключ к экономическому возрождению России и ссылаются на то, что Америка тратит на вооружения еще больше?

Кудрин: Эти люди забыли, что Советский Союз потерпел крах не в последнюю очередь из-за гонки вооружений. Тогда мы производили большое количество танков и боевых самолетов, в то время как люди с продуктовыми карточками стояли в очередях. Нельзя, чтобы сегодня мы повторяли эту ошибку. Чем дольше мы будем оттягивать экономические и политические реформы, тем хуже.

ШПИГЕЛЬ: Вам это не кажется преувеличением? Россия располагает третьими в мире валютными ресурсами, рост экономики в прошлом году составил более 3,5 %.

Кудрин: Если цены на нефть серьезно упадут, мы быстро увидим, что у нас не такая толстая «подушка безопасности», как кажется некоторым. Тогда придется или повышать налоги, или сокращать социальные расходы.

ШПИГЕЛЬ: Какие реформы вы считаетенеобходимымисегодня?

Кудрин: Нужно повысить пенсионный возраст, который сегодня составляет 60 лет для мужчин и 55 лет для женщин. Кроме того, нужны инвестиции в инфраструктуру — дороги, жилищное строительство, энергосети и водопроводы. Нельзя, чтобы расходы на социальную сферу и дальше осуществлялись без разбора. Нужно проводить приватизацию, сокращать количество госкомпаний, нужно больше полномочий и налоговых поступлений оставлять регионам.

ШПИГЕЛЬ: Вы говорите так, как будто хотите незамедлительно занять место главы правительства Дмитрия Медведева.

Кудрин: Я лишь говорю, что нужно делать.

ШПИГЕЛЬ: Не так давно Путин в связи с финансовыми злоупотреблениями отправил в отставку министра обороны.

Кудрин: Коррупция не ограничивается госаппаратом, она вездесуща. Взятки дают и сотрудникам ГИБДД, и учителям, и врачам, и даже банковским менеджерам, чтобы получить кредит.

ШПИГЕЛЬ: Вы знаете лекарство от этого зла?

Кудрин: Да. Прежде всего, нужно установить строгий контроль над расходами государства. До сих пор царит иллюзия, что нужно просто выделить хорошие деньги — на детские сады, на сельское хозяйство, на высокие технологии, — и все будет хорошо. Но зачастую происходит обратное. Чем больше денег предоставляет государство, тем больше усиливается коррупция.

ШПИГЕЛЬ: Европа обсуждает сейчас 17,5миллиардный пакет помощи Кипру. Что вы думаете об аргументах его противников, утверждающих, что такая помощь якобы на благо российским олигархам?

Кудрин: Это преувеличение. И такие утверждения отвлекают внимание от того обстоятельства, что Кипр долгое время был удобным налоговым оазисом и для компаний с Запада. Западные фирмы по всему миру используют офшорные модели — так же, как и российские компании на Кипре.

ШПИГЕЛЬ: Вас неоднократно объявляли лучшим министром финансов мира. Как можно спасти евро?

Кудрин: Россия надеется, что еврозона справится со своими проблемами. Но Европа делает для этого слишком мало. Дефицит бюджета таких стран, как Греция, по-прежнему слишком высок. Испания тоже сталкивается с колоссальными затруднениями. Обе эти страны фактически банкроты. Греция и Испания не могут собственными силами обслуживать свои долги. Им помогает ЕЦБ, скупающий гособлигации.

ШПИГЕЛЬ: Это правильный путь выхода из кризиса?

Кудрин: ЕЦБ просто выгадывает время, но если так будет продолжаться, то ситуация лишь усугубится. Евросоюз должен действовать решительнее, чтобы сократить дефицит.

ШПИГЕЛЬ: Не лучше ли просто списать соответствующие долги?

Кудрин: Мне это представляется одной из возможностей, если при этом предпринять шаги к тому, чтобы смягчить последствия для банков-кредиторов. Это определенно стало бы шагом от пропасти и к стабилизации рынков.

ШПИГЕЛЬ: А сам переход на евро вам представляется правильным решением?

Кудрин: Определенно. Я тогда был в восторге. Однако сегодня мы видим, что не все было до конца продумано. Правила, позволяющие предотвращать накопление долгов, соблюдались недостаточно строго. Производительность труда в некоторых странах слишком низка.

ШПИГЕЛЬ: Еврозону постигнет распад?

Кудрин: Исключить этого нельзя. Финансовый и экономический кризис может быстро перерасти в политический. Люди на Западе не готовы к резкому снижению привычного уровня жизни. Россия в 1990-е годы прошла через это мирно. Я не уверен, что Европе это тоже удастся. Европейцы живут не по средствам. Социальное государство в его нынешнем виде не сохранить.

ШПИГЕЛЬ: В том числе и в Германии?

Кудрин: Боюсь, что да, даже если сегодня в Германии дела идут хорошо. Кризис евро обходится немцам, скажем, в 100 млрд евро в год. Что вы будете делать, если к этому добавятся еще 50 млрд евро? Чтобы удержать евро, нужен сильный фискальный союз. Готов ли немецкий народ, что какие-то комиссары в Брюсселе будут принимать решения о расходах немецкой казны и налогах?

ШПИГЕЛЬ: Вы считаете выход Германии из еврозоны возможным вариантом?

Кудрин: Да. Любое решение — как спасение евро, так и выход из еврозоны — обойдется Германии дорого. И вашей стране еще предстоит принять это тяжелое политическое решение.

КРИСТИАН НЕФФ, МАТИАС ШЕПП, ПЕРЕВОД: ВЛАДИМИР ШИРОКОВ

Английская версия: http://www.spiegel.de/international/world/interview-with-putin-ally-alexei-kudrin-on-democracy-in-russia-a-878873.html

тема:
Шпигель интервью печатные СМИ

первая полоса

Thumb                      56

06.09.2021 Пора дать экономике повзрослеть России следует сократить государственный сектор в период посткризисного развития, заявил глава Сч...

Thumb                      55

03.08.2021 ​Кудрин — РБК: «Несколько сот миллиардов могли бы снизить бедность вдвое» Какая модель госуправления подходит России, как совершить прорыв в экономике и что нужно сделать ...

Thumb                      54

18.07.2021 «Когда все застаивается, зовут либералов» Алексей Кудрин о советском прошлом, переезде в Москву вместе с Путиным и собственном политическом...

È